Магический сон Карлоса Кастанеды

Тональ и Нагваль

Михаил Волошин

23 мая 2009 года

Я редко пишу образно - предпочитаю конкретику. Но тема нагваля и тоналя слишком уж непростая, чтобы легко было объяснить ее на простых примерах. Поэтому невольно придется оперировать образами. Как в свое время дон Хуан с помощью стола это объяснял.

Тональ можно сравнить с радио- или телеприемником, а нагваль - с радио- или телеэфиром. Хороший тональ - это хорошо отлаженный, настроенный радиоприемник. А плохой тональ - это когда и динамики хрипят, и волна "плавает", и кнопка западает, и батарейки почти сели. Кто жил в советские времена - тот помнит, что тогда почти каждый приемник таким был.

Причем, приемник должен быть не только хорошо налаженным, но и настроен на требуемую волну. Т.е. его хозяин должен слушать нравящуюся ему музыку или там новости, а не какую-то рекламную ерунду (от летунов). Нагваль, он ведь как радио-/телеэфир - он заполнен всем до краев. И музыкой, и новостями на всех языках, и телефонными разговорами сотовых телефонов, и радарными сигналами и многим-многим другим. По аналогии, каждую волну практически бесконечного эфира можно назвать тем, что кастанедовцы называют "намерением". Не все такие намерения подходят для конкретного человека. Один будет слушать рок, а от R'n'B его воротит, другой тащится из meditative или folk, а третий вообще равнодушен к музыке и слушает лишь новости (например - из Верховной Рады или Госдумы). И на каждую душу его волна-намерение как-то влияет. Поэтому нужно еще найти свою волну - недостаточно иметь хорошо отлаженный тональ-приемник.

Ну, а ЧСВ - это какая-то отдельная деталь приемника. Возьмем, например, сопротивление. ЧСВ - это сопротивление в схеме радиоприемника. От него не избавишься - радиоприемник просто не будет работать. Стоит хоть одну деталь из него убрать, и работать он не будет. Хотя есть много декоративных вещей, даже если убрать которые - ничего не изменится. Но тут уже вопрос эстетики. Душе приятно не только когда она с помощью этого прибора слушает то, что ей нравится, но и когда сам прибор выглядит красиво (у каждого свои взгляды на красоту). Так и тональ - он может иметь разный внешний антураж - в зависимости от индивидуальных свойств человека: один, например, любит яркие краски - все у него яркое: и одежда, и машина, и сама жизнь как фейерверк. Другой предпочитает оставаться в тени. А третий занят наукой - ему интересно пройти свой путь через науку. Все это равно - и все оно всего лишь внешний фасад тоналя.

Но вернемся к ЧСВ-сопротивлению. Это необходимая деталь в схеме приемника - без нее он работать не будет. Но оно должно быть номинальной величины. Например - 5 Ом. При таком сопротивлении приемник работает, как часы. Но у нас, в большинстве своем, это сопротивление даже не килоомное, а мегаомное. Что будет, если эти 5 Ом постепенно увеличивать? Звук все больше и больше будет затихать. До тех пор, пока вообще не пропадет. Как наша связь с духом, нагвалем. Мы не слышим его голос из-за слишком большого сопротивления.

Но плохо не только слишком большое сопротивление - плохо и маленькое. Начнем уменьшать эти 5 Ом. Звучит, как и звучало, но сопротивление греется все больше и больше. Пока, при некотором его значении (например - в 1 Ом) оно просто не перегорит. И тональ вышел из строя. У человека сломлена воля, человек в психушке - он неадекватен в жизни. Не зря во все века блаженные были от бога.

Таким образом: хороший тональ - это исправный, хорошо отлаженный приемник. Нагваль - эфир. А интересующая человека волна - это намерение, которое ему близко, к которому он готов подключиться. ЧСВ - необходимая, деталь, но которая должна находиться на своем месте и быть соответствующего номинала. Ну, а дальше, кому интересно - домыслит самостоятельно...

Огонь изнутри

Михаил Волошин

14 октября 2009 года

Эта заметка не совсем о том огне изнутри, о котором писал Карлос Кастанеда. Но мне кажется – истина где-то близко.

Я хочу рассказать о своей бабушке, которая прожила сильную жизнь. Вернее – о ее смерти. Для меня это был очень близкий человек. В детстве я очень много времени проводил у нее в селе. И она, как я уже сказал, была очень сильным человеком. Причем именно в кастанедовском понимании термина Сила. Много из осознанных сновидений проходят в том месте и доме, где она жила. Это явно для меня стало местом силы.

Помню, в те времена я гордился, что происхожу из бедной семьи (нас тогда учили этим гордиться). У нее действительно был очень скромный маленький домик на окраине села. Но всегда он был в очень аккуратном состоянии. Везде было чисто, убрано; везде был порядок. И работала она от ранней зари до поздней ночи. И никогда ни на что не жаловалась. Только двадцать лет спустя после ее смерти я узнал, что не столь уж и простой была ее жизнь. Она была из имущих. И хотя наемных работников у них не было – было свое хозяйство. В печально известные 30-е годы у них все забрали, а всю семью отправили в Сибирь. Там все их дети умерли, и муж сказал, чтобы бабушка возвращалась в Украину. Я так понял, что в те времена с женщинами, особенно сельскими, не особо считались, раз она могла вернуться. В общем, как-то на перекладных она добралась до своего села и здесь снова вышла замуж. До войны успела родить троих детей, одна из которых – моя мама. Второй муж, уже мой дедушка, погиб на войне, так что она сама растила детей.

Сколько себя помню – она всегда была в работе. И не помню ни одного случая, чтобы она жаловалась на свою жизнь. Работала она до последнего. Когда она умирала – я был на срочной службе. По таким пустякам, как смерть бабушки тогда не отпускали в отпуск. Да, собственно, мне и сообщили об этом постфактум. Я даже не особо много и переживал: прослужив к тому времени лишь первый год из трех, я и так был загружен негативными эмоциями под завязку.

Только спустя годы мама рассказала о некоторых подробностях конца ее жизни. Бабушка все так же без жалоб работала, сколько могла. А затем внезапно слегла. Пролежала полгода и умерла. За это время она неимоверно похудела и почернела. Что-то внутри нее выгорало. И ведь не редко люди на смертном одре чернеют. Мне почему-то кажется, что это и есть то внутреннее горение, о котором писал Кастанеда. Только эти люди – не воины. Бабушка, хотя и прожила очень сильную жизнь, но воином она не была. Она не знала, что со своей жизнью можно сделать нечто большее. А если бы знала? Если бы она могла, как воин, этот медленный полугодичный процесс внутреннего выгорания вместить в доли секунды. Т.е. все то же самое, только в другом временном промежутке. Не было бы это как раз той вспышкой, о которой писал Карлос Кастанеда и в которой сгорели воины группы дона Хуана?

Если один, медленный, процесс похож на постепенное деление ядер урана в атомной электростанции, то второй, мгновенный, процесс больше похож на взрыв атомной бомбы. Но то и другое – одно и то же физическое явление. Просто происходящее за разные временные промежутки.

Твой тональ – ты и убирай

миг-да

Из записей на форуме сайта "Искусство стратегии и сталкинга"

14 марта 2008 года

Армия. Полуостров Камчатка. Посёлок Холотырка.

По причине неуставных взаимоотношений я был направлен на морскую гауптвахту на исправление. Из-за длительного срока наказания, после месяца тюремной жизни меня иногда посылали на самую "блатную" работу - на свиноферму (говно за свиньями убирать). Это была действительно лучшая работа из всех существующих.

Делаю я своё дело не спеша и с чувством ответственности за своих подопечных. Приезжает машина с плодоовощной базы, привезли гнилые фрукты (апельсины, персики, яблоки). Начинаю всем этим делом свиней угощать и замечаю, что есть и не совсем гнилые, а только слегка подгнившие фрукты. Зима на Камчатке, время авитаминоза, естественно разделяю трапезу моих друзей. Раздаётся дружное чавканье, ну как тут устоять.

При попытке достать из кучи самый лучший апельсин, был атакован кабаном Борькой (местным главой), весом килограмм под двести.

И вот я опять на киче стою перед караулом с перебинтованной рукой, полным пакетом фруктов и урчанием в животе.

- "Чё, закосить решил, руку себе поранил?" Сказал начальник караула, забирая у меня пакет. Тут же я был направлен на исправительные работы за членовредительство, но элемент везения всё же присутствовал и в этом - туалет мне был необходим как воздух.

Примерно через полчаса вызывают меня в караулку.

- "Ты фрукты притащил?"

- "Так точно". Отвечаю я, в душе надеясь на ослабление режима содержания. Но, увидев всю картину, прихожу в уныние. Весь стол завален остатками трапезы моих мучителей. Такого даже боров Борька себе позволить никогда бы не смог, хоть и свинья.

- "ТЫ ПРИТАЩИЛ, - ТЫ И УБИРАЙ". Был отдан мне приказ.

Щас расскажу к чему всё это написал:

Когда спустя годы я читал объяснение дона Хуана Карлосу, - что такое тональ (помните в ресторане, про стол, и всё что на нём находится) я вдруг вспомнил тот стол в караулке заваленный остатками полуиспорченных фруктов, и услышал приказ сержанта:

- "ТЫ ПРИТАЩИЛ, - ТЫ И УБИРАЙ"

Теперь, когда я думаю о своём тонале, я вижу этот стол с объедками.

И в моей голове звучит приказ: - "ТВОЙ ТОНАЛЬ, - ТЫ И УБИРАЙ".

"Мужская" и "женская" логика

Михаил Волошин

6 августа 2010 года

Когда-то давным-давно, лет тридцать назад, когда я заканчивал школу и собирался поступать в ВУЗ – некоторое время я занимался с репетитором. По математике. Удивительная женщина! И прекрасно владела совсем даже "не женской" логикой... Может, потому хорошо и обучала, что это было для нее не само собой разумеющееся от природы, а значит – осознанно развитое. Кто знает...

Так вот. В системах дифференциального и интегрального исчислений есть схемы, по которым решаются те или иные задачи. Т.е. есть схема, например, уравнения с синусом или там логарифмом, по которой такого рода уравнения решаются. В свое время какие-то там великие математики нашли этот способ решения такого рода уравнений и эта схема решения даже носит имя этого математика. Другими словами ее еще называю алгоритмом решения.

Женщина, о которой шла речь вначале, учила меня видеть эти схемы. Т.е. бьешься над задачей решения какого-то там уравнения, а потом в некий момент вдруг понимаешь, что это уравнение такого-то математика, которое решается по такой-то схеме. Осталось только подставить в эту схему данные из своего уравнения и решить его. Как только я улавливал эту схему – она требовала, чтобы я бросал уравнение и брался за следующее. Таким вот образом я учился видеть схемы.

В дальнейшем это потом развивалось. А когда стал на путь воина – тем более. Я научился не только замечать схемы, по которым что-то там строится (например – происходят какие-то события), но и сам составлять такие схемы для своих действий. Это не четкий план действий, а некий алгоритм действий. Принцип, по которому я буду действовать (предварительно тщательно все обдумав и взвесив). Это касается всего: каких-нибудь жизненных ситуаций, шагов на пути воина и даже схемы самой своей жизни. Она не конкретна, но и не бесцельна. Есть четкий алгоритм, в который впаян путь воина: стать сильным, насколько только смогу (внутренне и внешне немощный воин – это вообще нонсенс), разобраться в схемах своей жизни (автоматизмах, предначертаниях...) и т.п.

Таким образом, во всех событиях я отыскиваю и вижу некие схемы этих событий, замечаю общие схемы для казалось бы разных событий и так далее. А также на основании своих знаний составляю некие схемы, на основании которых потом действую. Как я уже сказал: схемы – это алгоритм действий, а не четко расписанная последовательность действий.

Собственно, тем же самым занимался и Карлос Кастанеда. Он не создавал четкого, логически последовательного учения – он пробовал разные схемы для передачи своего знания. Поэтому были и т.н. "воскресные классы", и ClearGreen, и его книги и т.п. Он искал пути передачи своего знания, пробовал разные схемы и смотрел, какие более эффективны, а какие – менее.

Такой вот способ работы со знаниями (поиск общих закономерностей, а также построение своих собственных схем и действие на их основании), как мне кажется, и называют в обиходе термином "мужская логика".

Но есть и другой способ работы со знаниями, которым на сегодняшний день я пользуюсь наравне с первым. Ему я научился после того, как чуть очистил свою жизнь. Это выглядит так: когда передо мной стоит какая-то задача, и я даже не имею ни малейшего представления, с какой стороны к ней подступиться – нет никаких ни схем, ни понимания, вообще ничего – я фиксирую внимание на этой задаче и живу с ней, как бы постоянно висящей над моей головой. Я просто жду. Ну, т.е. как вот у человека, например, есть проблема, и она постоянно на него давит, что бы он ни делал. Чем-то похоже, хотя в данном случае это добровольно сознанная себе "проблема"... Тут наоборот: не анализируешь все и сопоставляешь, а отбрасываешь все мысли об этой "проблеме". Просто остается ощущение эдакого вот давления.

И вот спустя некоторое время (в зависимости от сложности задачи) это давление вдруг пропадает, тело расслабляется, и ты четко знаешь, что тебе надо делать. Пока еще не понимаешь, почему и зачем, но четко знаешь, что делать нужно именно это. А уже в дальнейшем строишь какие-то схемы, в которые вписывается полученное таким вот образом "знание". Эти схемы нужны или для последующих шагов, или просто для успокоения разума, которому постоянно нужно раскладывать все по полочкам. Просто знаешь, что это всего лишь схема, а не нечто абсолютное, поэтому спокойно разрешаешь разуму заниматься тем, что ему привычно.

Думаю, что вот этот второй способ работы со знаниями часто в обиходе и называют "женской логикой". Наверное, такой подход от рождения более присущ женщинам.